«Знамя над Авдеевкой поднимал за всех, кто не дошел…»
Он не впервые на газетных страницах — Герой Югры, трижды кавалер ордена Мужества, штурмовик, взводный с позывным «Крестик», за спиной которого — взятие самого укрепленного района в мире — опорника «Царская охота» в Авдеевке и самого города. Но лишь совсем недавно мы узнали имя этого парня с железной волей и потрясающим мужеством — командира, который впереди в самой лихой заварухе.
Сегодня у «Крестика» в подчинении – два взвода штурмовиков, и он всегда впереди, в самое пекло идет первым.
Первый раз его назвала по имени губернатор Наталья Комарова, когда вручала ему звезду Героя Югры. Оказалось, что легендарный «Крестик» — это спокойный и скромный молодой человек по имени Артем, родом из поселка Междуреченского Кондинского района. И, став героем очередного выпуска «Разговора на передовой», этот штурмовик, наводящий ужас на ВСУ, пару раз даже смахнул слезу, когда говорил о погибших боевых товарищах и маме, которая ждет его дома.
В семье, в которой рос Артем, шестеро детей. Детство у пацана было обычным — улица, школа, патриотический клуб, где руководителем был бывший спецназовец Вячеслав Уткин. Мальчишки смотрели на него и мечтали стать такими же — сильными, смелыми, уверенными в себе защитниками Родины.
Артем и его друзья росли патриотами. В 2014 году, когда Донбасс поднял голову и заявил о независимости, Артем и еще несколько его товарищей отправились помогать братьям-дончанам, записались в народное ополчение и приняли свои первые бои. Вообще получилось интересно: старшая сестра Артема к тому времени жила в украинском Николаеве, но события в Доме профсоюзов в Одессе настолько ранили ее душу, что, посоветовавшись с родными, она вернулась в Россию, чтобы быть подальше от страны, которая медленно, но верно скатывалась к нацизму. А Артем, наоборот, поехал этот нацизм уничтожать.
Потом вернулся, жил мирной жизнью, пока не наступил 2022 год. 24 февраля он послушал сначала президента, потом душу, в которой всколыхнулись события Русской весны, потом — сердце. И 25 февраля уже стоял в военкомате с вещами.
Герои — живые и мертвые…
Сегодня у «Крестика» в подчинении два взвода штурмовиков, и он всегда впереди, в самое пекло идет первым. «Я всегда работаю над собой, стараюсь не допускать неоправданного риска, каждого из бойцов проверяю перед выходом — и обмундирование, и оружие. Мы должны быть профессионалами: все делать точно и четко», — говорит Артем. «А героем ты себя не считаешь? Вот в каком случае ты бы мог сказать, что ты — герой?» — спрашивает его Эдуард Басурин.
«Я бы героем себя посчитал, если бы все мои парни сейчас были живы, если бы не допустил потерь», — отвечает «Крестик». Дроны-камикадзе, арта, бесшумные «польки», бьющие прямой наводкой «Бредли», — все летело в российских «штурмов», когда они забирали Авдеевку. Кто-то дошел. Кто-то остался на ближних подступах.
«Герои — все ребята, которые шли ко взятию Авдеевки, но не застали этот день. Я за всех них водрузил знамя. Наш российский триколор», — говорит командир.
Он поднимал флаг России, как его деды водружали красные советские знамена над освобожденными от фашистов городами. Один дед завершил войну гвардии майором, второй — все четыре года бил врага в штрафбате. Для Артема их подвиг — лучший пример служения Отчизне.
Во время штурма Авдеевки Артем был ранен — поймал осколок. От эвакуации отказался, взводным в наступающих подразделениях был только он, и уходить с поля боя хоть и имел право, но по-человечески так поступить не мог. Позади к тому времени была знаменитая труба, по которой штурмовали «Царскую охоту», были зачистки города, было водружение российского флага за всех его погибших товарищей, и чувство было при полной душевной опустошенности, что они — русские и с ними — Бог.
А еще с ним — мама, которая ждет его круглосуточно, которая для Артема ангел-хранитель и которой он обещал вернуться.
«Я когда собираюсь на очередное задание, представляю ее и говорю, что люблю ее, что вернусь», — с какой-то совершенно детской интонацией говорит «Крестик» — гроза нацистов, звезда штурмов. «Вот сегодня Пасха, с утра позвонил ей, разревелись оба… Мне помогает поддержка моей мамы, я знаю, что она меня ждет, любит. И мама всегда все чувствует, а мне не хочется ее расстраивать. Еще помогает вера, без нее невозможно жить. Я верю в Бога, в добро, в хороших людей», — говорит Артем.
И если бы время можно было отмотать назад, он бы не стал ничего менять, служение Родине он считает высокой честью.
«Парни научатся и будут героями нашего времени…»
Разговор перешел на новые методы войны, на особенности подготовки пополнения.
«Да, по сравнению с 2014 годом все теперь по-другому: раньше дроны представлялись какой-то фантастикой, а теперь это — рутина войны. Но в любом случае сегодня мы воюем, что называется, на характере. Мы — на характере, а они — драпают», — по-мальчишески заявляет «Крестик», но ощущения хвастовства нет никакого. Они, нацисты, от наших штурмовиков действительно драпают.
Сейчас Артем тренирует новобранцев: так, чтобы быть за них уверенным… Делай как я, — боевой принцип хорошего командира. А для «Крестика» — это четырнадцать магазинов для автомата Калашникова: пять — по 45 патронов, девять — по 30 патронов. Плюс каска, бронежилет с керамической пластиной поколения 5+, предназначенный для защиты от пуль калибров 5,45–7,62 миллиметра.
Занятия — обязательная часть для вновь прибывших в зону СВО. Проводят их на специально оборудованном полигоне. Каждый боец, который приходит в штурмовое подразделение или отряд специального назначения, выбор сделал сам. Есть такое выражение — нужно соответствовать. Боятся все, страх присутствует у каждого, его нужно просто преодолевать. Мозг отключать никогда нельзя. Нужно совладать со своим страхом, и смелости добавится еще больше, но при этом нужно думать холодной головой, быть расчетливым, и все получится…
Впереди у «Крестика» — долгие военные дороги, тяжесть боевого снаряжения и полная штурмовая выкладка. А также почти 60 бойцов, каждого из которых он учит и за каждого из которых отвечает.
В конце разговора Эдуард Басурин передал Артему и его бойцам письма детей Санкт-Петербурга, оформленные в Исаакиевском соборе. «Крестику» досталось письмо семилетнего Коли Смирнова. Он сложил его в нагрудный карман, где носит иконку. «Вот тут, Коля, оно и будет у меня лежать. Спасибо тебе. Мы увидимся, Коля. Победа будет за нами!» — заверил герой.
Автор: Виктория Шкляр
